Jews in the “Greater Political Space.” Jewish Deputies in the Late 18th–early 19th c. Russian Empire
Olga Minkina
1/2009
Published in Russian, see Russian pages of this website.
SUMMARY:
The article focuses on the case of Jewish Deputies – the official representatives of the Jewish People. The deputy functioned as an agent of modernization, almost as a government official. At the same time, deputies used the archetypical image of “defender of their people” in their relations with the Jewish population. The Jewish Deputies are comparable to “Court Jews” in early modern Europe. Deputies’ high culture, piety, and aristocratic pride were combined with a propensity toward adventure and even crime. The destinies and cultural experience of the Jewish Deputies have shown an uncertain application of estate categories in relation to various imperial elites.
Notes
[1]А. Каменский. Элиты Российской империи и механизмы административного управления // Российская империя в сравнительной перспективе. Москва, 2004. С.115-139; А. Миллер. Империя Романовых и национализм. Москва, 2006. С. 48-49.
[2]Так, даже знаменитый Синедрион, созванный Наполеоном, не сумел реально повлиять на политику по отношению к евреям. Реформа управления евреями во Франции в 1808 г. не только не разрабатывалась Синедрионом, созванным за год до реформы, но и полностью противоречила устремлениям членов Синедриона (Jacob Katz. Exclusiveness and Tolerance. Studies in Jewish-Gentile Relations in Modern Times. London, 1961. Pp. 181-203; Simon Schwarzfuchs. Napoleon, the Jews and the Sanhedrin. London, 1979). Отметим, что, за исключением истории наполеоновского Синедриона, в исторических нарративах о еврейских элитах европейских стран сюжет о деятельности евреев в составе официальных учреждений занимает исключительно скромное место. История еврейских элит рассматривается либо в рамках модифицированного нарратива о Хаскале (Shmuel Feiner. The Jewish Enlightenment. Philadelphia, 2002. Pp. 87-104, 126-162), либо как совокупность индивидуальных социальных и экономических стратегий (William McCagg. Austria's Jewish Nobles. 1740-1918 // Leo Back Institute Year Book. 1989. Vol. 34. Pp. 163-183; Steven Lowenstein. The Beginning of Integration, 1780-1870 // Jewish Daily Life in Germany, 1618-1945. Oxford, 2005. Pp. 93-171).
[3]См., например, монографию о еврейских салонах в Берлине в конце XVIII – начале XIX вв.: Deborah Hertz. Jewish High Society in Old Regime Berlin. New Haven, 1988.
[4]Детальный компаративистский анализ опыта взаимодействия еврейских представителей с властью в европейских странах и Российской империи может послужить темой отдельного обстоятельного исследования. В рамках настоящей статьи мы сочли более целесообразным детальное рассмотрение именно специфического российского “случая”.
[5]Н. Н. Голицын. История русского законодательства о евреях. Санкт-Петербург 1886. Т. 1. С. 113-133, 425, 460, 561-569, 589-590, 931; М. Ф. Шугуров. История евреев в России // Русский архив. 1894. № 4. С. 473-475 № 5. С.86-89.