SUMMARY:

Натан Меир считает главной заслугой Ю. Слёзкина то, что он показал неочевидные на первый взгляд параллели между еврейским историческим опытом в США, Израиле и бывшем СССР. В то же время, эти связи намечены порой слишком схематично и абстрактно, они лишены исторической конкретности. Поэтому эвристически интересная оппозиция меркурианства-апполонийства по мере развития повествования теряет свою полезность: эта оппозиция увлекает в первой главе, работает в качестве аналитического инструмента во второй (особенно применительно к дискуссии о национализме) и исчерпывает себя к третьей, где речь идет о судьбах реальных людей. Именно здесь Н. Меир усматривает главную проблему метода Ю. Слёзкина (и представляемой им историографической тенденции), который жертвует индивидуальностью своих героев ради выявления механизмов модерности. Евреи не только репрезентировали нечто и являлись носителями модерности, настаивает Меир, они были, существовали, и это существование заслуживает изучения в своих собственных терминах. В связи с этим встает и вопрос об использовании в книге категорий “еврей”, “еврейскость”, значение которых размывается, коль скоро они приравниваются к меркурианству, модерности, революции, фрейдизму и проч. Что значит быть евреем, если “еврей” является символом, иллюстрацией, репрезентантом? Меир завершает свой отзыв вопросом о корректности подобного использования категории “еврей”, которое позволяет вписывать в него любые смыслы.