SUMMARY:

Статья Лоури Коэн посвящена удивительному периоду жизни Берты фон Зуттнер, одной из основательниц всемирного движения за мир, лауреата Нобелевской премии мира за 1905 г. и известной писательницы. Баронесса Берта фон Зуттнер-Кински принадлежала к знатному, но обедневшему роду австрийской аристократии, казалось бы, ее жизненный путь был предрешен традиционным сценарием: провести юность в качестве компаньонки при знатной даме и поправить материальное положение семьи при помощи выгодного замужества. Однако она нарушила все стереотипы: Берта пробует заниматься профессиональной деятельностью, в 1876 г., в тридцать три года, выходит замуж за небогатого дворянина, который был младше ее на семь лет, и в качестве свадебного путешествия уезжает вместе с мужем на Кавказ. Девять лет Берта и Артур фон Зуттнер прожили в российском Закавказье: в Кутаиси, Поти, Тифлисе. Эти годы оставили мало надежных документальных свидетельств, однако сыграли переломную жизнь в судьбе супругов. Они отправлялись на Кавказ как изгои своего привычного социального окружения, от них отвернулись даже родители, у них не было денег и определенного плана действий. Возвращение Берты и Артура в Европу было триумфальным: они были приняты как известные литераторы и скоро реализовали себя как общественные деятели и интеллектуалы. Очевидно, что кавказский период сыграл важную роль в трансформации четы аристократов, не сумевших воспользоваться преимуществами принадлежности к элите мира “старого режима”, в лидеров нового общества эпохи Модерна.
Сам “кавказский период” стал возможным благодаря реальности существования “интернационала аристократии” и иллюзий Берты фон Зуттнер по поводу его однородности и эффективности. Отправляясь на Кавказ, молодые австрийцы рассчитывали на помощь и поддержку со стороны княгини Екатерины Дадиани, правительницы Менгрелии, с которой Берта познакомилась на европейских курортах и к которой относилась как к приемной матери. Безупречная “европейскость” и аристократизм Дадиани создали у Берты иллюзию универсальности социального пространства двух империй, однако первое же столкновение с реалиями российского Кавказа вызвало у нее глубокий культурный шок. Тем не менее, Берта и Артур прожили на Кавказе почти десятилетие, социализируясь, главным образом, с представителями местной знати и иностранной колонии, зарабатывая на жизнь уроками.
Лоури Коэн считает, что эта история позволяет пролить свет на степень интегрированности и отчуждения российско-менгрельской и австро-венгерской аристократии, а также уловить зазор между аристократическими практиками и реальными жизненными ситуациями. Кроме того, “кавказский период” важен для понимания жизненной эволюции героев статьи. Возглавив по возвращению из России европейское движение за мир, Берта фон Зуттнер вновь оказалась в среде наднациональной солидарности. Однако, в отличие от принадлежности наднациональному миру аристократии, новая социальная роль требовала не игнорирования различий (национальных, культурных), но признания их фундаментальной роли. Осознавая опасность мировой войны, Берта фон Зуттнер призывала уважать эти различия и преодолевать иъ через общность идеалов и коллективного действия. Очевидно, кавказский опыт не только помог Берте и Артуру разорвать связи со “старым режимом”, включая патриархальные семейные связи, но и научил видеть объединяющее начало не в схожести институтов, а в родстве идей, и воспринимать разнообразие как норму, а не угрозу.