В 2004 году отмечалось 200-летие со дня основания крупнейшего на юге Украины комплекса менонитских поселений в бассейне реки Молочной.^[1] К юбилею было приурочено проведение представительной международной научной конференции. Ее организаторами выступили ведущие исследователи в области истории и культуры менонитов Российской империи, в том числе и автор рецензируемой книги. Выбор темы-заголовка конференции – “Молочная 2004: Менониты и их соседи (1804 – 2004)” – достаточно показателен. Он декларирует и закрепляет подход к истории немецких колонистов Южной Украины сквозь призму межкультурного, межэтнического, межконфессионального взаимодействия, подход, приобретающий все большее число сторонников. Тезис о необходимости рассмотрения истории менонитских поселений края в контексте социальных и экономических процессов, имевших место в регионе, был основным и в программном докладе автора рецензируемой книги, Джона Стэйплза.
В советской историографии история менонитов Южной Украины, как и многих других меньшинств, длительное время не разрабатывалась. В систематических работах по истории региона О. Дружининой и А. Кабузана иностранная колонизация рассматривалась исключительно в рамках истории реализации программы правительства Российской империи по освоению новой территории.^[2] Западные же историки, не имея широкого доступа к местным архивохранилищам, были плохо знакомы с историей соседних менонитам локальных сообществ и социальных групп Южной Украины, а в условиях ограниченных возможностей для контактов и диалога со своими коллегами из Советского Союза оставались замкнуто менонитоцентричны в своих штудиях.
Стремительное и существенное изменение с конца 80-х гг. прошлого века условий исследовательской работы привело, по оценке самих исследователей, к “новому открытию”, “весне”, “возвращению” истории менонитов Российской империи как в отечественной, так и в зарубежной историографии. В последние десятилетия наши западные коллеги открыли для себя не только новые источники менонитского происхождения, не только ландшафты и постройки бывших менонитских колоний, но и исторических соседей немецких поселенцев, специфику исторического развития края, политический и социокультурный фон истории немецких колонистов Южной Украины.^[3]
Стэйплз хорошо знаком не только с менонитской историей Южной Украины. Широкая эрудиция историка позволила увидеть, поставить и предложить концептуальное решение интереснейшей исследовательской задачи. Основной вопрос в его монографии сформулирован следующим образом: почему в схожих природных, экономических и административных условиях различные этнокультурные группы, проживающие в бассейне реки Молочной – православное украинское население, сектанты, переселившиеся из других губерний Российской империи, немецкоязычные менониты, католики и лютеране, а также тюркоязычные мусульмане-ногайцы, – пошли по принципиально различным путям общественного и хозяйственного развития?
Автор выделяет четыре направления анализа, четыре основные проблемы, решение которых позволяет ему ответить на поставленный вопрос: 1) исследование процессов колонизации, то есть способов преобразования людьми ландшафта украинского степного фронтира и способов приспособления людей к условиям подобного ландшафта; 2) сравнительный анализ влияния различных этнокультурных традиций на выбор различных стратегий адаптации к одним и тем же природно-климатическим условиям; 3) изучение особенностей взаимодействия общества и окружающей среды в процессе территориальной экспансии на юг Российской империи с применением методов реконструкции истории ландшафтных комплексов и природопользования; 4) анализ специфики взаимоотношений между центром и периферией империи, причин формирования неадекватной и неэффективной политики в регионе, зависимости экономической успешности местных сообществ от их способности приспосабливаться к политике властей исходя из собственных интересов (Рр. 3-5).
Вопрос распределения и использования земли признается центральным, вокруг него вращалась вся общественная жизнь в районе Молочной. Решение земельного вопроса, полагает исследователь, определялось комплексом факторов, в частности природными условиями, состоянием рынка сельскохозяйственной продукции, динамикой роста населения, политикой властей, культурной традицией локальных сообществ. Стэйплз подчеркивает и называет центральным концептуальным положением своей работы тезис о том, что окончательный выбор стратегии адаптации к условиям засушливой степи Южной Украины делался не государством, а локальными сообществами самостоятельно исходя из наличного опыта, традиций, уровня корпоративности, представлений о справедливости (Рр. 5, 185-186). Автор монографии последовательно знакомит читателя с условиями и обстоятельствами формирования жизненной стратегии каждой из обозначенных им групп.
Работа Стейплза опирается на широкий круг опубликованных и неопубликованных источников. Он часто обращается к описаниям и планам таврических степей Военно-Ученого архива Российского военно-исторического архива, отчетам таврических губернаторов, материалам планового архива и канцелярии Министерства земледелия, документации Министерства государственных имуществ из фондов Российского государственного исторического архива. И все же основной массив использованных источников приходится на местные архивы, что не всегда характерно для работ западных исследователей, затрагивающих аспекты региональной истории. Это, безусловно, делает честь книге Стэйплза. Таким образом, автор оперирует не только сведенными и обобщенными (и поэтому не всегда достоверными) данными из официальных отчетов, рапортов и донесений, пересылаемых губернскими властями в Петербург, но и информацией из первичных документов местного происхождения. Из архивохранилищ Запорожья, Днепропетровска, Одессы, Симферополя и Херсона автор извлекает разновременные документальные материалы уездных (Мелитопольского, Мариупольского, Бердянского уездов) и губернских (Новороссийской губернии, Таврической губернии, Новороссийского генерал-губернаторства) административных учреждений, ведавших различными аспектами жизни населения бассейна реки Молочной в 1783 – 1861 годах. Книга сопровождена большим количеством наглядных карт, схем, статистических таблиц. Приводимые количественные данные часто сведены из двух и более источников и очень убедительно иллюстрируют и дополняют излагаемое, а также стимулируют размышления знающего читателя. Методами описательной статистики и корреляционно-регрессионного анализа вскрываются динамика, форма и теснота взаимосвязей между такими признаками наблюдаемого периода, как уровень осадков, урожайность, цены на зерно и мясо, площадь наличной и потребной земли, количество населения, поголовье скота и др. В сравнительном отношении рассматриваются количественные характеристики производства зерновых, динамика роста земельного дефицита в различных этнокультурных сообществах бассейна реки Молочной.
Коротко ознакомив своего читателя с задачами исследования и предполагаемой схемой их решения, а также природно-климатической характеристикой территории и сложившейся историографической традицией, Стэйплз приступает к анализу политики колонизации правительством Российской империи и истории административного обустройства района реки Молочной. Система управления империей изначально и однозначно признается исследователем, во-первых, неспособной эффективно администрировать периферийные территории, во-вторых, патерналистской по отношению к государственным крестьянам. Стейплз утверждает, что политика и практика административного управления различными этнокультурными группами пограничного для империи региона формировались исходя из способности этих групп к эффективному хозяйствованию на свое собственное благо и на благо государства, а также в зависимости от угроз или, наоборот, гарантий безопасности империи, исходящих от той или иной группы (Р. 19). Автор работы приходит к выводу: единственным, что было выполнено государством в рамках его попечительской политики по отношению к жителям района реки Молочной, – это разрешение и обеспечение возможности поселения в бассейне реки Молочной и определение территории, предназначенной для тех или иных групп поселенцев (Р. 44). В дальнейшем, констатирует исследователь, политика российского правительства в этом регионе оказывается малоэффективной по причине его неспособности осознать, что бассейн Молочной представляет собой не “оазис” с прекрасными условиями жизни и хозяйствования (что было большим упрощением), а сложный в природно-климатическом, экономическом, политическом, социальном и этническом отношении регион (Р. 185). Эта посылка позволяет в дальнейшем чаще “выносить за скобки” фактор воли властей в жизни поселенцев и рассматривать локальные сообщества (православных украинцев, сектантов-россиян, немцев-меннонитов, ногайцев) как замкнутые и автономные системы.
Отнюдь не оспаривая изложенные выше тезисы Стейплза, хочется отметить их справедливость и применимость к истории любой колонизируемой Российской империей территории. Политика властей предстает в книге в виде внешней, цельной, однородной и единонаправленной в своих действиях силы, которая репрезентируется в тексте преимущественно понятиями “государство”, “администрация”, а также именами императоров. Позволю себе предположить, что анализ развития региона в условиях работы малоэффективного аппарата управления требует гораздо большего внимания к этому аппарату, нежели при наличии отлаженной административной системы. Слишком уж вариативной, расходящейся с официальной риторикой, становится деятельность нижних звеньев управленческой цепи.
Потребность в подобном внимании еще ощутимее, если основу источниковой базы исследования составляет документация местных органов власти, признаваемых малодееспособными. К примеру, всплывает вопрос о достоверности широко применяемых в рецензируемой работе данных всеподданнейших губернаторских отчетов по уездам района реки Молочной, порядке и участниках их сбора в этом регионе.
Еще один штрих. На юге Украины в конце XVIII – первой половине XIX века губернские, уездные чиновники высшего и среднего звена – это, как правило, местные землевладельцы. В нижнем течении Молочной, самом лакомом кусочке бассейна, с 1784 г. земля принадлежала помещикам, среди прочих – родному племяннику генерал-губернатора Г. А. Потемкина генерал-майору Николаю Высоцкому и жене титулярного советника Полонской. У помещиков были немалые земельные аппетиты, типичный для края дефицит рабочей силы, да еще взятые перед казной обязательства заселить выделенную им землю под угрозой штрафа и конфискации. Ресурс власти активно использовался для защиты собственных интересов. Например, распространенным явлением было переманивание в помещичьи имения государственных крестьян при попустительстве уездных судов, состоявших из тех же дворян. Или подкуп межевщиков и землемеров при размежевании земель.
Заслуживают большего внимания структура и система распределения налогов и повинностей, изменения в налоговом обложении, объемы и динамика поступлений от поселенцев бассейна Молочной обязательных платежей, размеры недоимок. Требования к заполнению и отсылке финансовой отчетности были довольно суровыми, поэтому сегодня комплекс документации фискальных учреждений Южной Украины признается одним из наиболее репрезентативных.
Безусловно, реконструируя историческую ситуацию, мы так или иначе создаем ее упрощенную идеальную модель. И вольны это делать из элементов, обладающих, как нам представляется, соответствующим проблеме весом и значимостью. Выбрав для анализа микрорегион, Стейплз оперирует макропонятиями, опирается на закон больших чисел и вскрывает макрозакономерности. Однако исследователь не вскрывает уникального в истории района реки Молочной – он использует его как срез, как некий объект наблюдения для анализа социально-экономического поведения различных групп лично свободного аграрного населения Степной Украины. В заключении книги утверждается: если отойти от локальной специфики, анализ истории района Молочной может дать многое для понимания судеб государственного крестьянства любой периферии Российской империи – например, в Сибири или Средней Азии.
В целом, модель, созданная Стэйплзом, увлеченным и талантливым исследователем, внутренне логична, ярка и убедительна. По-настоящему захватывает тема борьбы поселенцев с жесткими условиями засушливой, капризной, непредсказуемой степи. Остается порадоваться факту появления книги, знакомящей англоязычную читательскую аудиторию с ключевым периодом в истории Южной Украины; периодом, во многом определившим современную историю края.