SUMMARY:

Эссе Андре Гингрича представляет собой размышления о либеральной антропологической парадигме в имперских контекстах, представленных в статьях авторов исторической рубрики (Германия, Австро-Венгрия, Россия). Он высказывается за отказ от нормативных и ретроспективных определений “либерализма” и детерминистского взгляда на физическую антропологию как на изначально расистскую науку в пользу контекстуализации этих понятий и анализа их оригинальной семантики и функционирования в академическом и идеологическом пространствах империй конца XIX – начала ХХ вв.
Гингрич принимает тезис о существовании и даже относительном доминировании либеральной антропологической парадигмы в период с 1870-х по 1917–1918 гг. Он указывает, что, не будучи эгалитаристской, либеральная антропология, тем не менее, признавала плодотворность сосуществования различных расовых элементов в единых политических границах и настаивала на моногенизме (единстве происхождения современных рас) как фундаментальном принципе. В то же время по сравнению с другими влиятельными научными парадигмами своего времени (такими, как дарвинизм, историцизм или марксизм) либеральная антропологическая парадигма не опиралась на корпус безусловно авторитетных и универсальных текстов, создавая отдельные национальные каноны. Не располагая неким универсальным академическим каноном, либеральная парадигма формировалась из близости подходов и методов ведущих представителей отдельных имперских антропологий. Отсюда А. Гингрич делает вывод о том, что либеральная парадигма не была только результатом революционных трансформаций собственно научного метода и академических дисциплинарных практик, но возникла и утвердилась также под влиянием внеакадемических факторов. Среди последних ключевым являлось соответствие либеральной антропологической парадигмы (ее интеллектуального контекста, социокультурной ориентации и политических импликаций) идеалу имперской стабильности и единства. В этом смысле либеральную антропологию можно рассматривать как модерный, научно верифицируемый (в понимании своего времени) язык самоописания империй. Отталкиваясь от этих теоретических тезисов, автор далее размышляет о взаимоотношениях либеральных антропологов в империях с их социально-культурным окружением, а также об академических и внеакадемических причинах коллапса либеральной антропологической парадигмы.