ПЕРВОЕ ЗАСЕДАНИЕ ФРАКЦИИ ТЮРКОЛОГИЧЕСКОГО СЪЕЗДА 26-ГО ФЕВРАЛЯ 1926 Г.
[…]
[Председательствование]
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ:^[1] Есть основное предложение, чтобы председательствование было по делегациям.
МАКСУДОВ:^[2]Когда у нас будут обсуждаться вопросы чисто научного характера, то практично было бы поручить председательствование некоторым ученым, профессорам.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Только надо сказать одно, что всякий научный вопрос очень легко может перейти в политический.
ПАВЛОВИЧ:^[3] Всем нам было бы неудобно заявить, что на Съезде партийная часть президиума должна руководить беспартийной. Поэтому мы выбрали такой список, чтобы партийцы руководили, потому что на самом деле всякий научный вопрос есть политический. У нас могут быть разногласия. Мы хотим, чтобы эти разногласия, если они будут, были бы в определенной форме. Мы же не можем развернуть между нами какие-нибудь острые прения, все должно быть в определенных рамках партийности. Если вы в каком-нибудь остром вопросе за Ольденбурга или Бартольда, то это невозможно принять. Поэтому нужно, чтобы Съездом руководила определенная группа коммунистов.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Во-первых, предложение, выдвинутое тов. Максудовым, и, во-вторых, вопрос относительно председательствования поочередно представителями делегаций.
ГОЛОС: Товарищи, этот метод не годится. В самых важных моментах может председательствование находиться в нетвердых руках. Не всякий партиец может руководить собранием. Поэтому я предлагаю принять первоначальный список, зачитанный председателем.
[…]
[Порядок дня]
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Нет возражений к тому, чтобы вопрос о сокращении порядка дня пока снять, одновременно поручив организационной комиссии пересмотреть программу с точки зрения перестановки вопросов.
МАКСУДОВ: Я не возражаю. Но дело в том, что есть пункт, по которому нужно договориться. Я имею в виду доклад об алфавите. Некоторые товарищи скажут, что его нужно заслушать, тогда как по этому вопросу нужно договориться сейчас, а по детальным вопросам можно после.
ГОЛОС: Товарищ Максудов не закончил свои мысли. Дело в том, что многие делегаты понимают, что Съезд имеет историческое значение, поэтому, мне кажется, все главные вопросы нужно разработать в спокойной атмосфере, а вопрос об алфавите вызовет страсти, поэтому все товарищи предлагают, что было бы хорошо, если бы этот спор перенести к концу Съезда, это дало бы возможность спокойно работать Съезду.
ДЖАБИЕВ:^[4] Во-первых, сейчас рассмотреть тут порядок дня, который уже составлен, невозможно. Все вопросы связаны между собой и идут в последовательном порядке. Во-вторых, алфавит стоит в последнем месте, исключая организационный и информационный доклад Ольденбурга.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Вопрос об алфавите стоит в конце. Что касается относительно того, что по этому вопросу могут разгореться страсти, я думаю, что фракция примет решение, что по этому вопросу решение будет обсуждаться на фракции, так что мы заранее определим поведение товарищей коммунистов. Так что в этом смысле со стороны фракции будут приняты все меры, чтобы не допустить боя или скандала. Постольку поскольку основное предложение принимается – оставить в конце, то не будем по этому поводу говорить.
[…]

ЗАСЕДАНИЕ ФРАКЦИИ ТЮРКОЛОГИЧЕСКОГО СЪЕЗДА (ВТОРОЕ) 1-ГО МАРТА 1926 Г.

Председательствует т. КАРАЕВ^[5]
[…]
ПОРЯДОК ДНЯ.
1) Информационное сообщение Комиссии ЦК ВКП (б)
2) Об алфавите
3) О дальнейших работах Съезда.
[…]
ПАВЛОВИЧ: Прежде чем сделать информационное сообщение, я позволю себе маленькое вступление. Вопрос о латинском алфавите не представляет из себя, конечно, совершенно неизвестного вопроса для ЦК. Вы знаете, что Ленин уже высказался по вопросу о латинском алфавите как о революции на Востоке. ЦК стал на точку зрения сочувствия алфавиту. Но выражение сочувствия латинскому алфавиту не должно рассматриваться как начало какого-нибудь нажима, с одной стороны, и как формальное обязательство, с другой стороны. Здесь, на этом Съезде, мы имеем, с одной стороны, представителей Азербайджанской Коммунистической партии и, с другой стороны, всех остальных тюрко-татарских республик. Каковы наши обязанности по отношению к азербайджанским коммунистам? Несомненно, что латинский алфавит является детищем Азербайджанской Коммунистической партии и Советской власти в Азербайджане. Весь мусульманский мир – Индия, Персия, Турция, Египет – следят за всем тем, что происходит на этом Съезде.
Латинский алфавит представляет собой капитал, накопленный Азербайджанской Коммунистической партией и Советской властью в Азербайджане, и мы этот капитал ни в коем случае не должны развеять по ветру.
Никогда ЦК не разрешил бы созвать Съезд в Баку, если бы полагал, что может явиться дискредитация Азербайджанской Коммунистической партии и Советской власти. А если бы вышло такое положение, что, может быть, здесь отвергли латинский алфавит, несомненно, партия вышла бы здесь с большим ущербом. Таковы наши обязанности по отношению к азербайджанским коммунистам.
Каковы же их обязанности? Их обязанность заключается в том, чтобы ни в коем случае не навязывать алфавита другим республикам. Алфавит – это для каждой республики есть внутреннее дело. Если, например, татарские или другие коммунисты не хотят вводить у себя алфавита – это их дело. Во всяком случае, на этом Съезде не должно быть места никаким спорам, конфликтам, которые могли бы обрадовать многочисленных врагов Советской власти и коммунизма.
После этого краткого предисловия я зачту документы Политбюро ЦК ВКП (б). Само собой разумеется, эти документы не должны записываться, не подлежат публикации и относятся к таким, которые тотчас же сжигаются и уничтожаются по прочтении.
Постановление Политбюро ЦК ВКП (б): “...(читает)..”^[6]
Второй документ: “Тов. Караеву...(читает)...”
Следующая телеграмма: “...(читает)...”
Последний документ: “...(читает)…”^[7]
В связи с этими постановлениями, с этой самой резолюцией ЦК ВКП (б), Комиссия ЦК ВКП (б) приняла следующую резолюцию, которую она предлагает на Ваше усмотрение:
РЕЗОЛЮЦИЯ
1) Констатируя преимущества и техническое превосходство нового тюркского (латинского) алфавита над арабским, даже реформированным арабским алфавитом, а также огромное прогрессивное значение нового алфавита сравнительно с арабским, Съезд, однако, считает введение нового алфавита (латинского) в отдельных тюрко-татарских республиках и областях делом каждой республики и каждого народа.
2) В связи с этим Съезд констатирует факт огромного положительного значения заключающегося в введении Азербайджаном нового тюркского (латинского) алфавита.
Отмечая огромную положительную работу, проделанную Азербайджаном в области введения нового тюркского (латинского) алфавита, Съезд рекомендует всем тюрко-татарским народам изучить опыт Азербайджана для возможного применения этого у себя.
Эта резолюция принята единогласно всеми членами ЦК. Вот мое информационное сообщение.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Какие-либо вопросы есть? […] Тогда переходим к прениям по информации тов. Павловича и тут одновременно об алфавите будем говорить.
ДЖАБИЕВ: По-моему, можно эти два вопроса соединить.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Нет возражений? Нет. Слово тов. Максудову.
МАКСУДОВ: Постольку поскольку имеется постановление Политбюро ЦК, конечно, мы не будем возражать. Тут все-таки есть разница, тут есть два характерных принципиальных момента. Тут очень ясно и определенно сказано в отношении организации какого бы то ни было союзного центра. Это ясно указано. Я думаю, что никто не станет возражать. А постановление ЦК в отношении Бакинского шрифта – это другой вопрос. Тут говорится, что действительно не нужно принимать какой бы то ни было резолюции о немедленном переходе к латинскому шрифту. Это значит, что ЦК нам запрещает принятие резолюции такого категорического характера – с одной стороны, и, с другой стороны, ЦК партии нас не обязывает принимать резолюцию положительного характера в отношении латинского алфавита. Такого пункта в постановлении ЦК партии не имеется. И потому я думаю, что, высказывая свое мнение в отношении латинского алфавита, этим самым я не буду против постановления ЦК и потому перехожу к мнению многоуважаемого тов. Павловича.
Сейчас тов. Павлович говорит, что латинский алфавит – это дело партии, с одной стороны, а потом переходит и говорит, что все-таки отдельные республики автономны в этом отношении. По-моему, товарищи, если действительно это есть дело идеологического характера, то никакого заключения не должно быть. Если марксизм обязывает коммунистов принять латинский алфавит, то не только азербайджанские коммунисты должны это принять, но и другие коммунисты. И поэтому я здесь вижу некоторую неувязку, противоречие. Безусловно, мы все, здесь присутствующие, кое-что знаем и по марксизму, и по тактике партии мы кое-что знаем, и мы все можем твердо и ясно сказать, что действи-тельно дело принятия латинского алфавита – это не есть партийное дело. Это надо сказать твердо и ясно. Я скажу, что действительно наша партия не должна поставить этот вопрос как вопрос партии. Это было бы с нашей стороны величайшей ошибкой, если бы дали бы знать нашим беспартийным товарищам, что это действительно есть партийный вопрос. Наоборот – я говорю, что мы должны стараться во что бы то ни стало сказать, что действительно вопрос о латинском алфавите не есть партийный вопрос, и поэтому удача или неудача какой бы то ни было республики – это не есть удача или неудача партии; и поэтому удачу или неудачу в данном вопросе связывать с общей политикой нашей партии – это глубокая ошибка.
Я не знаю, как тов. Павлович ответит на это.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Слово тов. Габитову.
ГАБИТОВ:^[8] (По-башкирски).
ОСМАНОВ:^[9] (Переводит). Тов. Габитов говорит, что в 10 году Октябрьской Революции мы не можем смотреть на вопрос о латинском алфавите так, как рассуждает тов. Максудов, и мы не будем считаться с мнением отставших масс в таком серьезном вопросе. Некоторые тов. говорят, что с технической и политической стороны этого вопроса нельзя проводить. Он говорит, что это неправильно, и говорит, что всем известно, что арабский алфавит тормозил проводить культуру и поэтому партия должна иметь свое решающее значение в этом вопросе. Что же касается вопроса проведения в жизнь, то мы можем сделать некоторые отступления. Поэтому успешность или неуспешность нашей тактики покажет сама жизнь, и мы должны высказаться за латинский алфавит.
ИБРАГИМОВ:^[10] У меня есть документ чисто партийного характера. Я не успел его тов. Максудову сообщить. Поэтому хочу прочитать, чтобы поведение татаристанских (sic!) коммунистов было ясно. Телеграмма: “...(Читает)..”^[11]
АЛИЕВ:^[12] По моему мнению, это дело не только Азербайджана, но это дело всех автономных республик и областей. Так, например, на Северном Кавказе имеется шесть автономных образований, которыми были приняты аналогичные постановления. Инициативу же по этому вопросу мы начали параллельно с Азербайджаном. Так что в этом отношении, в вопросе латинского алфавита, мы, конечно, признаем передовость (sic!) Азербайджана. Но параллельно с Азербайджаном во всех автономных областях, которые не имели своей национальной письменности, этот вопрос с самого начала велся и проведен в жизнь. Поэтому это не удача или неудача Азербайджана, а удача или неудача всех автономных областей.
По-моему, в стране, которой руководят партийцы, где есть партия, в этой стране всякие шаги по пути строительства, всякие удачи и неудачи есть партийное дело. Таким образом, все реформы заслуживают внимания партии. И в данном случае вопрос о письменности целиком и полностью связан с вопросом просвещения, с вопросом культивирования судьбы революции. Таким образом, если мы сумеем хорошо просвещать, хорошо культивировать отсталые восточные народности, дать им грамотность, то это есть, в сущности говоря, революция. Таким образом, мне еще раз хочется высказать тов. Павловичу и высказать тов. Агамали-оглы умные слова тов. Ленина: “Это есть революция на Востоке”. В наших условиях Северного Кавказа это не только партийный, но это чисто политический характер носит. Против латинизации протестуют муллы, все духовенство. В этом усматривается, что они с введением латинского алфавита потеряют свой авторитет, в этом усматривается провал арабской письменности, вместе с этим это духовенство одновременно видит, что в дальнейшем не может быть учителями, преподавателями этой темной массы. Это духовенство видит, как наша молодежь в редакции в течение каких-нибудь 2-х недель обучается грамоте на новом латинском алфавите (Голос: это факт). Таким образом, этот вопрос не носит характера принуждения, а это есть необходимый шаг после долгого обсуждения и длительной проверки нашего состояния. Этот вопрос является политическим вопросом, и я считаю, что постановление Татарбюро, зачитанное тов. Ибрагимовым, в данном случае является простым недоразумением. Во-первых, и прежде всего, Обком не в курсе информации и решений, с одной стороны, Азербайджанского Комитета и, с другой стороны, ЦК Партии. Они получили только информацию делегатов, приехавших сюда. Во-вторых же, по-моему, нужно выражение “считать невозможным переход сейчас же” расшифровать. Тюрко-татарское башкирское совещание в Москве в 1923 г. констатировало преимущество латинской основы и постепенный переход к этим основам.^[13] Таким образом, если Обком решил вопрос в смысле постепенного перехода в Татаристане, то татаристанский комитет не будет возражать.
АГАМАЛИ-ОГЛЫ:^[14] До сих пор никто не мог определить, что революционно и что нереволюционно. На помощь этому является авторитетное мнение тов. Ленина. Когда я беседовал с Лениным, а он, между прочим, очень интересовался вопросом самоопределения, он сказал, что свобода народностей будет ограничена не столько законами, сколько самой культурой. Когда я сказал о наших начинаниях, он, по-видимому, был несколько знаком с этим вопросом, хотя ни в одном из его сочинений нет об этом. При Енукидзе он сказал, что это начинание есть революция на Востоке. Раз это так, то в таком случае дело алфавита – дело партии. Да, еще такой партии, какой в мире еще не было, которая на каждом заседании поет: “Весь мир насилья мы разрушим до основания”. Тот, кто поклоняется этому, такому странно говорить о какой-то связи и т.д. Мы устанавливаем связь с человечеством, это надо помнить. Всякий коммунист так и идет. Иначе зачем ему поклоняться тому богу, в которого он не верит. Значит, мы создаем связь со всем человечеством. Подъем культуры. Нет никаких оснований для мусульманских коммунистов держаться принципа изоляции исламизма от всего человечества. Эта ерундовщина должна быть сброшена.
Теперь относительно выражения тов. Максудова. Я думаю, когда тов. Максудов говорил, что есть такие вещи, которые неподсудны партии, то он подразумевал такие вещи, как, например, как я ложусь в постель, как я сплю и т.д. (Смех). А во всех остальных положительно вопросах, в экономической области, в культурной и в других, во всех этих областях партия не может быть равнодушной, партия не может быть равнодушной там, где вставляются палки в колеса. В противном случае наша партия была бы некоммунистической, безмозглой партией.
Я много говорил об этом и теперь повторяю, что мы сразу не можем все разрешить. Уверяю вac, если бы мы могли делать все сразу, то сделали бы, не пожалели бы. Ведь русские-то не пожалели христианства, бога, букву ять и т.д. Монархизм ушел, а с ним вместе ушли и ять, и фита (Аплодисменты).
Теперь почему алфавит не очутился в лагере партии. Дело в том, что в европейском движении очень мало участвовали наши тюрки. Случайно кто-нибудь попадал. Шли, но европейски, совершенно не применяясь к себе. Я уверен, что если бы революцию сделали бы восточные народы, то первым долгом они обратили бы на это внимание. Если бы у нас самих была бы развита революция, с начала в себе самом, то мы, конечно, поставили бы на наш революционный суд и бога, и Магомета, и всю нашу историю. Мы первым долгом оценили бы, что нужно сохранить и что нужно выбросить. Сегодня этот Щерба^[15] какие-то детские вещи говорил. Этих профессоров я только понял, они могут в латинский алфавит углубляться, копаться в нем, как кроты, и говорить, почему у славян была фита, а теперь этого нет. Ясно – если сейчас Кирилла или Мефодия притащить сюда, конечно, он ни черта не поймет. Даже стыдно, почему профессор такие вещи говорит.
Тут я говорю, что, подходя к этому алфавиту, мы должны сказать, что вся наша масса по крайней мере по грамотности должна добиться, я не скажу максимума, ну до минимума, до нашего состояния. До сих пор только 34 чел. в каждой республике являются вожаками. Как будто всегда должно быть так. А вот когда массу поднимем, и революция пойдет лучше. Мы все будем счастливы. Я заявляю, что арабский алфавит, не давший в течение 1300 лет никакого объединенного мнения – наши приезжие товарищи доказали – кто в лес, кто по дрова, узбек, башкир, флан, фистан, – и теперь не даст ничего, даже с национальной точки зрения. Да, я уверен, и там тоже огромные промахи. А что касается революционной точки зрения, тут эти товарищи, которые за старый алфавит, они прямо в калошу сели. Какая там революция в галошах? (Смех) (Аплодисменты).
ОСМАНОВ: Я работник из Татаристана. В одно время возглавлял движение латинистов и поэтому более или менее знаком с обстановкой. Я хочу расшифровать неверность и татаристанских делегатов и этой телеграммы. Почему Казань против латинского алфавита? Тут определенное давление полиграфической промышленности, они не хотят гегемонии. Как относятся там к идее нового алфавита? Там говорят, что нельзя в стране, где занимаются полиграфическим делом, проводить новый алфавит, потому что страна держится на плечах этой полиграфической промышленности. Там сидит Хатаевич^[16] без года неделю и такие постановления выносит. А дальше говорят, что раз сегодня нельзя, то давайте совершенно отбросим. В Казани есть общество латинистов из 800 чел. Хотя правительство не давало денег, но мы начали писать лозунги на новом алфавите. С одной стороны, давление полиграфической промышленности, с другой стороны, боязнь татарской массы, это заставляет их пугаться и они выносят решение – давайте отбросим совершенно. Никто там этим вопросом не занимается, а товарищи, стоящие у этого дела, боятся этой массы. Крестьянство Татаристана не будет относиться положительно к этому вопросу, там крестьянин знает один только – Коран, и знает, что другими буквами этот Коран нельзя написать, это грешно. Молодежь там доходит до того, что разрушает медресе и превращает их в клубы. Отчаянная борьба идет, и здесь в этом отношении наши товарищи становятся на сторону стариков. Они противопоставляют новому латинскому алфавиту свой реформированный алфавит. Наша делегация пускает пыль в глаза и говорит, что когда борются два принципа, то нельзя возражать. В отношении методов мы можем предоставить себе, но принципиально не засорять себя этим реформированным алфавитом (Обращаясь к Максудову).
Мы должны поставить вопрос перед общественными работниками Татаристана, что мы, учитывая всю трудность татаристанских условий, должны принципиально сказать, что если они скажут, что принципиально не возражают, то в резолюции, в смысле дальнейшего применения реформированного алфавита, должен быть положен конец.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Слово представителю Крыма.
ГОЛОС: (Крым) У нас в этом вопросе была ошибка, именно та, что мы до Съезда не могли совещаться. Надо было созвать коммунистическое совещание. Это наша ошибка. Что мы должны сделать? Я хочу сказать о выступлении тов. Максудова. Я не знаю, какие вопросы тов. Максудов считает партийными и какие непартийными. По этому вопросу есть постановление Азербайджанского ЦК, которое руководствуется Центральным Комитетом. Если провалится постановление АКП – будет ли это провалом партийного вопроса или нет? Я думаю, да. Если это так, то тогда нам всем придется как членам партии принять меры. Надо помогать в этом деле, надо в этом отношении провести постановление по советской линии, чтобы дело не провалилось. Конечно, нельзя этот вопрос поставить так, как говорит т. Османов, который говорит, что этот вопрос в Казани – борьба между полиграфической промышленностью и латынью. Очевидно, тов. Османов совершенно не знаком с положением Казанской и Крымской республик. Здесь вопрос поставлен так: или принять латинизацию, или отказаться от неё. Так ставить вопрос нельзя. Поэтому я думаю, что сейчас всё-таки нам придется кое-какие решения принять, чтобы не дать возможности, как тов. Павлович сказал, повода нашим врагам, чтобы использовать против нас. Предлагаемая резолюция со стороны ЦК с некоторыми изменениями может быть принята. Только, конечно, эта резолюция не должна носить характер, связывающий другие республики. По-моему, в первом и послед-нем пунктах есть недостатки.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Слово тов. Иногамову.
ИНОГАМОВ:^[17] Выдвигаемый тов. Максудовым вопрос, что введение латинского алфавита есть принципиально непартийный вопрос, – по-моему это неправильно, это надо отвергнуть. Всякий вопрос, имеющий общественный характер, – а латинский алфавит, т.е. введение его, имеет общественное значение – является партийным вопросом. По-моему, введение латинского алфавита – это не есть технический или научный вопрос, это есть политический вопрос. Поэтому должен быть умелый подход к этому вопросу. Тов. говорит, что в постановлении не сказано решительно. Я думаю, что всем присутствующим здесь ясно, что ЦК не может постановить отвергнуть религию и религию отменить нельзя. Сегодня ЦК в отношении просвещения не может отменить старой школы. Поэтому насчет латинского алфавита надо принять ясные и определенные меры, надо иметь ясное мнение. Поэтому тут мы должны решительно отвергнуть мнение тов. Максудова, что якобы латинский алфавит это не есть партийный вопрос, и сказать, что это дело – партийный вопрос, и к этому партийному вопросу нужно иметь умелый подход. Тов. Османов правильно сказал – или тут со стороны товарищей сторонников арабского алфавита есть непонимание насчет дела введения латинского алфавита, или есть что-то другое. Поэтому когда товарищи говорят, что в основном нужно принять, то это означает, что фактически нельзя. Что это такое? Если хотите сказать, что это непартийный вопрос, то надо дать обоснование. Поэтому я повторяю: или не понимают говорящие тут товарищи постановку вопроса, или же есть что-то другое, чего они не хотят высказать. Поэтому нам нужно сейчас, поскольку есть общее мнение, что в основном правильно, проработать и подумать, как провести это в других республиках, более отсталых, где условия тяжелее.
Вульгаризация этого вопроса недопустима и вредна. Тут, товарищи, мы должны быть чрезвычайно чуткими. Я перед приходом сюда беседовал с некоторыми товарищами, которые говорят, что это навязывает партия, советская власть и т.д. Конечно, мы знаем, что в Азербайджане такие люди тоже есть, и они везде есть и будут, которые говорят, что введение латинского алфавита идет свыше. Почему это так? Потому что отдельные работники или некоторые группы работников или неясно представляют себе вопрос, или же что-то такое скрывают. Поэтому мы должны вопрос представить себе ясно. Я, конечно, тут не высказываюсь, что нужно принять то или иное решение, я высказываюсь за латинский алфавит. Я добавляю, что вопрос латинского алфавита давно у нас существует в спорном характере (sic) и будет существовать. Поэтому как тов. Османов говорил, что нужно решительное начало и решительные действия.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Слово тов. Джабиеву.
ДЖАБИЕВ: Во-первых, я дам справку насчет того, что тов. Максудов сказал, что о латинском алфавите в телеграмме ЦК ничего нет. Как раз именно о латинском алфавите и говорится, не говорится ни слова об арабском алфавите.
Тут говорят о латинском алфавите в смысле категорического перехода. Я задаю тов. Максудову такой вопрос, он уже сознательный член партии, марксист, ленинец – скажите, стоит ли перед нами этот вопрос? Вот, скажем, он был бы членом ячейки, принимал бы участие в этом вопросе, обязывает ли его звание коммуниста участвовать в обсуждении этого вопроса, даже, скажем, вопроса, не имеющего прогрессивный характер. Тов. Максудов должен подойти как сознательный член партии ко всякому вопросу, стоящему перед всей партией, и он должен подойти не как татарин, а как член единой коммунистической партии, ВКП(б), как сознательный передовой член независимо от национальности. Тут в практической части можно допустить некоторое “но”, но в принципах мы должны быть единогласны. Дальше, тов. Максудов апеллировал к марксизму и ленинизму. Я кое-что тоже знаю из работ Маркса, кое-что я тоже вычитал оттуда и знаю, с какой радостью он встречал всякие достижения в области науки и техники. Вы это должны знать, тов. Максудов. Вот именно с этой точки зрения тов. Максудов подошел к этому вопросу. Тов. Максудов говорит, что удача или неудача в Азербайджане – это не есть удача или неудача всей партии. Одно только, что наши враги ждут, когда мы провалимся, одного этого достаточно, чтобы все товарищи помогли нам выйти из этого положения, их обязанность помочь нам в этом деле, если мы слабы. Что партия в этом заинтересована, это вне всякого сомнения, но мы как ленинцы должны вмешаться в это движение, регулировать, руководить этим движением, ибо в Азербайджане и, может быть, даже во многих друг. республиках это движение могут захватить беспартийные массы, ярые сторонники латинского алфавита, а может быть, и наши враги. Что вы на это скажете, тов. Максудов? Я думаю, что если наши товарищи из Татаристана сообщат содержание телеграммы ЦК своему Обкому, то тов. Хатаевич откажется от своей телеграммы. Вот почему я считаю, что то, что тов. Ибрагимов заявил, – это, по-моему, совершенно неудобное положение – прочел телеграмму и больше ничего (смех). Надо было ему сказать, что нам сделать, как нам поступить.
Насчет замечания по поводу татаристанской деревни. Я считаю, что защитники, сторонники арабского алфавита в татарской деревне опираются на духовенство, кулачество и на состоятельные группы крестьян. Может быть, тов. Максудов докажет, что на 100% его деревня грамотна. Он нам скажет, что грамотность у него 30%. А кто эти 30%? Разве в царское время в школах учились крестьяне? Нет, духовенство, кулачье, стражники и т.п. элементы. Тут не надо представлять всю деревню врагом нового алфавита, большая масса будет на стороне нового алфавита.
Я предлагаю в резолюции, во-первых, указать не только опыт Азербайджана, но и опыт Северного Кавказа и друг. республик, которые втянулись в это движение. Затем наше заседание не должно запрещать широкого обмена мнениями на этом Съезде, не надо нам этого бояться. Если мы постановим, что может быть широкий обмен мнений, то мы должны доказать, что правота латинского алфавита берет верх, мы вот, сознательные члены Съезда, обсудив этот вопрос, высказываемся за латинский алфавит. Но без демагогии и вульгаризации вопроса.
Я с тов. […] не согласен, что настроение на Съезде таково, что большинство не согласится с этой резо-люцией и категорически против того, чтобы ослабить резолюцию. Я предлагаю эту резолюцию дополнить и усилить.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Слово тов. Тюрякулову.
ТЮРЯКУЛОВ:^[18] Я хотел бы этот вопрос расчленить, разбить на две части. Я думаю, что до тех пор, пока товарищи не откажутся от своих позиций и не будут играть роль, до тех пор нельзя будет с ними объясняться, потому что хотя бы, скажу, например, поведение тов. Ибрагимова, который подчеркнул, что нельзя “против”, а только “не возражаем”, это поведение не присуще ему. И он как представитель академического центра не высказал своего мнения. Это должно навести на некоторое размышление. На Конгрессе Коминтерна ставился вопрос, имеют ли право члены партии иметь какого угодно рода фракции. Тов. Каменев^[19] сказал, что это меньшевизм. Мне кажется, что это уместная аналогия между алфавитом и этим вопросом. Но такие вещи должны вызвать со стороны фракции решительный отпор. В Москве накануне диспута по этому вопросу мулла созвал в татарской мечети людей, где он говорил, что группа коммунистов хочет изменить коранный шрифт, и естественно, что масса, наэлектризованная муллой, приходит на наш доклад, кричит с места, что это недопустимо, сожгем (sic!) латинский алфавит. Таким образом, такого рода отношение со стороны наших сознательных товарищей, конечно, будет вводить в заблуждение и нашу массу.
По существу латинского алфавита. Я думаю, что как будто большинство высказывается “за”. Я хочу сказать, что кривотолки, которые создались вокруг Съезда, которые могут перейти и за границу, должны быть рассеяны только путем организации широкого обмена мнений. Если этого не будет, то эти кривотолки будут продолжать иметь место и будет создано нехорошее впечатление по политике советской власти. Значит, тут надо согласиться с мнением тов. Джабиева относительно организации широкого обмена мнениями.
Насчет особенностей каждой республики. Конечно, для Северного Кавказа, большинство народностей которого совершенно безграмотно, введение латинского алфавита не представляет никакой трудности. Что же касается Татаристана, где письменность развита больше, должны быть учтены местные особенности татаристанской действительности, и такие особенности найдутся и в других республиках. Я думаю, что эта мысль должна найти отражение и в резолюции.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Слово представляется тов. Гусейнову.
ГУСЕЙНОВ М. Д.:^[20] Собственно говоря, Комиссия ЦК предлагает 3 пункта. Во-первых, следует сказать, что латинский алфавит технически лучше арабского; во-вторых, что опыт Азербайджана удачный, и, в-третьих, введение латинского алфавита – дело каждой республики. Я думаю в этом нет момента принуждаемости.
Второе – я хочу остановиться на словах тов. Максудова. Я точно записал его слова, он сказал, что удача или неудача одной из республик не должна интересовать партию (Максудов: не так). Нет, нет, Вы так сказали. Я буду очень рад, если я ошибаюсь, если окажется, что неправильно вас понял. Но если я правильно понял, это означает, что мы завтра ставим этот вопрос на Съезде. Товарищи выступают “за”, “против”, голосуют и большинством голосов проваливаются хотя бы эти три пункта. Что же получится? Никто не говорит, что примерно к 1-му января 1927 г. во всех республиках союза нужно провести латинский алфавит. Тут надо одобрить опыт Азербайджана, признать техническое превосходство и передать каждой республике. Вы проголосуете, или примете, или отвергнете это, или же ни то, ни се: снимете. Скажете, что Съезд, заслушав этот доклад, переходит к очередным делам. Второй момент – или отвергнете, или перейдете к очередным делам, – что тоже будет значить, что Съезд высказался “против”. Что это означает для нас? Тов. Ибрагимов огласил телеграмму, что по условиям Татаристанской республики этого нельзя принять. Допустим, что это на самом деле так. Но, товарищи, ведь надо и наши условия принять во внимание. Я не знаю – тов. Максудов или совершенно не знаком с этим вопросом, или же не знает, какая политическая ситуация разыгрывается вокруг этого вопроса на протяжении 3-4 лет в Азербайджане. Я думаю, не знаком, иначе к этому делу он по-другому бы подошел. Я прямо говорю, что сейчас в Персии, в Турции муссаватисты, которые удрали отсюда, выпускают журнал и там поголовно нас поносят и говорят, что советская власть навязывает, говорят, что для того, чтобы убить дух независимости Азербайджана, Москва принудительно проводит латинский алфавит, желая этим, с другой стороны, оторвать Азербайджан от всего Востока и т.д. и т. п. Мы это дело перенесли сюда, вы можете обсудить между собой, можете сказать, что плохо сделали. Я думаю, что, выслушивая это, вы не скажете, что это плохо. Вы знаете, что инициатором этого дела является Азербайджан. Для чего Съезд созван, для чего ЦК дал разрешение? Для того, чтобы ответить всем этим кривотолкам, сказать им, что это не Москва проводит, а Азербайджан и все другие народности, населяющие наш Союз, которые признают, что это хорошо. Мы спрашиваем: скажете вы, что это хорошее дело или нет? Может быть, татарская республика не скажет этого, так сказать, этого дела мы не можем навязывать. Что получится, если этого не скажете? Это значит, что завтра же и в Египте, и в Индии все наши сторонники увидят, что нас не только наши враги осудили, но и наши товарищи, и все другие республики. Я прошу товарищей обратить на это серьезное внимание, и тут воздержание или переход к очередным делам – это все равно, что высказаться против, тем более вы видите, что это дело. У вас этот вопрос возник, допустим, что вы его не приняли, во всяком случае это дело возникло. Это дело имеет сторонников везде. Наконец, между нами говоря, мусаватисты в свое время тоже этот вопрос ставили, теперь только они высказываются против, потому что это им не выгодно. Тот же самый Расул Заде^[21] высказывался в этом духе. Теперь, когда видят, что уже не выгодно (Агамали-оглы: не хотят, чтобы советская власть это провела), они высказываются против. Нельзя мимо этого вопроса пройти. Что получится, если действительно получится такая штука, что все республики нас выслушают и пройдут мимо и вопрос действительно провалится. Тогда ЦК будет поставлен в самое неудобное положение. ЦК знает, что это дело созвано для алфавита; мы же знаем, что Съезд созван не для того, чтобы мы выслуши-вали доклады Бартольда^[22] или Самойловича^[23] ... (смех), а для того, чтобы выяснить точку зрения товарищей на алфавит. ЦК говорит, что коммунисты должны помнить, что, исходя из этого положения, мы не насильно проводим, нам нужно выяснить: может быть, все тюрко-татарские республики против. Если это так, то нельзя постановление Комиссии ЦК голосовать. ЦК определенно говорит, что принужденно и немедленно нельзя провести, это из телеграммы ясно видно. То же самое мы, оставляя верным это положение, говорим, что надо одобрить опыт Азербайджана и Северного Кавказа, во-вторых, признать, что это есть дело каждой республики, и, в-третьих, что латинский алфавит лучше технически арабского алфавита. Я полагаю, что исходя из этого положения мы должны эти основные моменты, изложенные в решении Комиссии, принять. И дальше на Съезде надо будет высказаться. Никто не говорит, что это дело такое, что надо решить и передать дальше. Мы будем выслушивать и “за”, и “против”, и только после этого придем к решению.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Слово предоставляется тов. Аношкину.
АНОШКИН:^[24] Мы так разобщены от других тюркских племен, что мы очень поздно получаем культурные достижения. Очень понятно, что мы, партийные руководители культурной жизнью в нашей области, в некоторой степени оказываемся в хвосте. У нас было некоторое явление со стороны старых учителей и старых культурников, которые выдвигают идею латинизации. В известное время я был тоже против, будучи не знаком с этим движением в Азербайджане, так как вы знаете, что у нас гражданская война закончилась в начале 1923 года и после этого мы приступили к общественной жизни и уже в конце 1924 г. мы приступили к культурному строительству нашего края. Но все-таки, несмотря на то, что мы оказались в хвосте, мы сделали дипломатическое возражение и мы просили объяснить, чем вызывается эта необходимость. Несмотря на то, что я здесь живу 5-й день, я уже великолепно читаю те рекламки, которые вижу на Съезде. Отсюда понятно, что есть некоторые совершенства и некоторые лучшие технические приспособления латинского алфавита. Мы уже понимаем, даже в старой письменности, что это должно быть написано так, а не так. Отсюда понятно, что передовые племена тюркских народностей, в особенности Азербайджан и Северный Кавказ, которые проводят латинский алфавит, не оставили бы нас в неведении, т.е. в свою очередь тащили бы в хвосте Ойратию, находящуюся от них на расстоянии 7000 верст (Агамали-оглы: Пао...о!). Отсюда понятно, насколько плодотворна будет латинизация в Ойратии.
Относительно нашей научной силы. Я уже сегодня пытался если не в десятый, то во всяком случае в девятый раз завязать разговор о нашей письменности. Вот уже полтора года как я их просил дать усовершенствования ойратской грамоты в современных условиях. Я просил также совместно с ними создать словарь. Но они тянут и тянут по сие время. Сегодня после доклада проф. Самойловича, который трактовал о транскрипции, я спросил его – какие пути вы укажете для нашей Ойратии. Он сказал, что я сейчас ничего не скажу, а лучше давайте поговорим после. Я думаю, с ними ничего не получится. Поэтому я высказываюсь за сотрудничество с вами и за латинский алфавит.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Слово тов. Кулаеву.
КУЛАЕВ:^[25] Я подал записку в президиум, имея в виду, что среди делегатов есть два течения: за и против. Между прочим, если вы спросите любого беспартийного делегата, то всякий будет высказываться за латинский алфавит, и того, кто будет высказываться против, каждый знает уже заранее. Я хочу этим сказать, что заранее оформляются течения, и поэтому нужно установить единое течение среди наших партийцев. Тут некоторые товарищи говорили, что здесь тянет партия и что партия не имеет отношения к этому вопросу. Единственное, что можно сказать этим товарищам, – это то, что они политически безграмотны, и только. Вот уже несколько лет как Северный Кавказ перешел на латинский алфавит. Я думаю, что после этого говорить, что это Америка, не приходится, и те товарищи, которые не знают этого вопроса, они либо глухи или же слепы. Между прочим, выразитель мысли тов. Хатаевича заявлял, что то-то и то-то. Конечно, ему рук связывать не собираются, наоборот, мы говорим, что нужен широкий обмен мнениями. Мы должны широко поставить вопрос о латинском алфавите, и партийцы в этом отношении должны быть впереди. Никакие раздвоения ни в каком отношении допустимы быть не могут. Нужно сделать так, чтобы все шли нога в ногу, а не так, чтобы одна группа плелась в хвосте одного течения, а другая в хвосте другого течения.
По-моему, нужно обсудить эту резолюцию, нужно ее усилить, внести туда ясность, чтобы сейчас никаких колебаний среди товарищей, участвующих на съезде партийцев, не было бы. С нашей стороны было бы ошибкой, если бы мы допустили бы оформленное течение и допустили бы, чтобы наши партийцы потянулись за беспартийными. У вас должно быть одинаковое мнение, чтобы доказать, что нужно принять латинский алфавит без всякого давления и что это постановление должно будет явиться постановлением и для Татаристана.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Слово для справки Ибрагимову.
ИБРАГИМОВ: Товарищи, тут вышло маленькое недopaзумение. В гостиницу, как только мы приехали в Баку, пришли корреспонденты и просили наше мнение относительно латинского алфавита и вообще о тюркологическом съезде. В присутствии многих товарищей я два раза дал корреспондентам исчерпывающие сведения.
Были тов. Максудов, Мамедов, один беспартийный, я дал информацию при них, но, к сожалению, эта информация не была помещена в прессе, и из-за этого вышло недоразумение. Я там сказал и сейчас повторяю – я за свое каждое слово отвечаю, – что мы принципиально никаких возражений против латыни не имеем. (Это было сказано и для русской, и для тюркской печати.) Но, принимая во внимание такие-то условия, а именно что татарская литература существует больше 500 лет, что мы имеем полиграфическое издательство, что мы больше 25 лет как работаем над реформой арабского алфавита, вот принимая во внимание все эти обстоятельства, у нас будут большие затруднения к переходу на латинский алфавит.
Относительно телеграммы. Я думаю, в этом нет ничего грешного. Если товарищи настаивают на своем и будут по моему адресу в дальнейшем так высказываться, то, может быть, дело придется передать в контрольную комиссию.
История этого вопроса такова. Я обращаю внимание тов. Тюрякулова и говорю ему, что нельзя бросать по моему адресу такие сравнения, как дипломат или меньшевик, Тюрякулов хорошо знает, что в этом году в Москве на съезде просвещенцев я делал доклад. По моему докладу была принята резолюция, что, при-нимая во внимание некоторые технические и другие превосходства латинского алфавита, мы принципиально не возражаем, но в таких-то условиях обращаем серьезное внимание на реформированный арабский шрифт. В этом году перед моим отъездом вопрос этот был поставлен в нашем Обкоме. Здесь некоторые товарищи говорили, что наш Обком является непартийной организацией. Была вынесена резолюция, что принципиально не возражать, но, принимая во внимание то-то и то-то, считать разрешение в Татарской республике невозможным. Но, к сожалению, я эту резолюцию оставил в Казани. Я из Баку телеграфировал тов. Хатаевичу, чтобы он послал выписку. Но Хатаевич вместо выписки послал эту телеграмму, которая ничего из себя не представляет, но сделала так много шуму. Тут говорится: “Считать невозможным переход на латинский алфавит в условиях Татарской республики”. Зачем нападают на эту телеграмму, я не понимаю. Я не понимаю тов. Тюрякулова, который слишком неосторожно выразился. Лично моя позиция, которую я высказал корреспондентам, будет такова – не возражать принципиально, но мы у себя в Татаристане проводить не будем (Джабиев: пока или вообще не будете проводить?).
Некоторые товарищи говорят, что я по 1 пункту возражаю, т.е. что я принципиально возражаю. Может быть, здесь делегация будет возражать, но общая позиция такова, чтоб не возражать принципиально.
АХУНДОВ Р.:^[26] Я вношу следующее предложение. Мне кажется, что на всем земном шаре самые секретные документы – это документы Политбюро ЦК. Эти документы были здесь оглашены. Оказывается, что есть еще более секретные материалы Татарского Обкома (Смех). Поэтому я предложил бы, поскольку эта телеграмма имеет отношение к обсуждаемому вопросу и поскольку тов. Ибрагимов два раза выступал и оба раза высказывался иначе, телеграмму просто зачесть (шум). В первый раз он не сказал, что “принципиально не возражаем”.
МАКСУДОВ: Товарищ Ибрагимов сказал, что было одно постановление Секретариата Обкома по этому вопросу, где было сказано принципиально не возражать, но считать невозможным проведение в жизнь в условиях Татарской республики. Почему именно теперь получается телеграмма без принципиального воз-ражения. Здесь говорится так: “пока считать невозможным переход к латинскому алфавиту в условиях Татарской Республики”. Значит, выходит так, что ни то, ни другое, и принимать и не принимать. Я считал бы необходимым выражаться яснее, определенно поставить вопрос, что мы не принимаем и поэтому посылаем эту телеграмму. Сейчас в настоящее время у нас таких принципиальных возражений не существует, у нас имеются определенные директивы Обкома.
[...]
НОГOBИЦЫH:^[27] Тов. Ибрагимов принципиально не возражал против этой резолюции. Если к этому прибавить заявление делегации Татарской республики, что в данный момент о проведении в жизнь в Татаристане в условиях Татарской республики латинского алфавита говорить не приходится – это надо принять к сведению и с вопросом покончить.
ИБРАГИМОВ: Вопрос этот надоел ... (шум)
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Вам слово не дано. Тов. Ювангулов, пожалуйста.
ЮВАНГУЛОВ:^[28] Я думаю, что решение Политбюро нам дает возможность полагать, что Политбюро отнеслось к этому вопросу очень осторожно и тактично. Мы с этим вопросом должны согласиться. В подтверждение этого я бы сказал, что Политбюро учло с этим вопросом всякое настроение мест, и исходя из этого я должен сообщить о тех решениях, которые состоялись по этому вопросу на втором – третьем съездах Татаро-Башкирских просвещенцев. Относительно одного съезда тов. Ибрагимов сказал. Этот вопрос о научности мы в этом году поставили на рассмотрение принципиально третьим съездом просвещения, где выделена была комиссия для проработки этого вопроса принципиально, и представителем ЦК партии и председателем этой комиссии был выдвинут я. Комиссия эта рассмотрела решения прошлогоднего съезда и пришла к тому заключению, что останется на решениях прошлого съезда – принципиально не возражать против этого вопроса и приступить к его изучению.
Относительно введения латинского алфавита в республиках Северного Кавказа. Я касаюсь этого вопроса, потому что я 20 лет работал на Северном Кавказе, говорю на семи наречиях и даже участвовал в составлении алфавита до революции. В этом отношении я бы сказал, мы должны одобрить начинания ЦК Азербайджана, и придется нам высказаться относительно этих республик, которые начали вводить латинский алфавит и у которых до сего времени не было письменности. Эти начинания можно будет приветствовать и сказать, что они вступили на правильный путь и чтобы они продолжали эту работу. Относительно остальных республик с тюрко-татарским населением в целях целесообразности предоставить возможность изучить этот вопрос и постепенно перейти к нему, потому что мы все-таки знаем, что у нас есть во многих районах говорящие на различных наречиях, у них имеется свои специфические условия и для этого нужно вопрос детально изучить. Вот поэтому конкретно в этом вопросе нам надо придерживаться принципа Политбюро.
ГОЛОС: Все-таки Азербайджан имеет опыт в том отношении, что он провел во всех своих учреждениях латинский алфавит, что дает блестящие результаты. Мы должны сказать, что каждая республика тюркской национальности должна проводить это и у себя. Но, учитывая психологию и условия каждой национальности, решение это мы будем проводить в жизнь постепенно. Что касается того, что были некоторые выступления со стороны татарских делегатов, что, мол, постановление ЦК ВКП является нетактичным, то на все это им надо ответить, что ЦК сейчас Татарской республике не предлагает после съезда сейчас же проводить в жизнь латинский алфавит. ЦК только рекомендует тот опыт, который имел Азербайджан. Здесь даже говорили, что это не дело партии. Я должен сказать, что партия ответственна за судьбу республик во всех отношениях, поэтому партия не может этот вопрос обойти молчанием. Кто должен регулировать этот вопрос, если не партия.
Относительно мнения Туркменистана по этому вопросу. Постольку поскольку делегаты сказали, что настроение наших органов таково, что имеется рекомендация со стороны Тушинской Республики,^[29] чтобы согласиться на постепенное введение латинского алфавита, ясно соглашаясь с этим, мы, приехав из Азербайджана, одним росчерком пера не скажем, что надо проводить латинский алфавит, мы параллельно с арабским будем вводить и латинский алфавит.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Слово тов. Сулееву.
СУЛЕЕВ:^[30] Данный вопрос в нашей организации не обсуждался. Когда Крайком выдвигал этот вопрос, то у нас было такое мнение, что этот съезд является расширенным совещанием для разработки подготовительного материала. Поэтому относительно введения или невведения латинского алфавита не говорилось и никаких директив нам не дано. В советском порядке тоже этот вопрос не обсуждался, только перед отъездом на заседании коллегии Наркомпроса был предварительный обмен мнениями, где пришли к такому заключению, что пока воздержаться от высказывания определенного мнения до рассмотрения этого вопроса на предстоящем съезде научных работников, который должен состояться в скором времени. Поэтому я от имени Казакистанской (sic!) республики мнения партийных органов не могу сказать. Что же касается моего личного мнения – я работник, недавно выдвинутый с низов, и в большинстве случаев работал в административных органах – то я с положением дела по этому вопросу не очень знаком. Я как коммунист не должен слепо следовать тому, в чем я действительно не убежден. Сейчас в отношении превосходства латинского алфавита пepeд арабским у меня твердого убеждения нет, потому что я сам по этому вопросу мало занимался и поэтому полагал бы ввиду того, что у нас много членов фракции, допустить более широкий обмен мнениями. Пятиминутный срок, который дается каждому оратору, не позволяет высказаться полностью и высказать свое мнение по данному вопросу. Кроме того, мое мнение таково, что при принятии того или иного решения нашей фракции необходимо исходить из действительного положения вещей, предварительно разработав этот вопрос. Может быть, этот вопрос разработан в Азербайджанском масштабе – я с этим не спорю, но в Казакистанском масштабе этот вопрос только начинает обсуждаться. По данному вопросу никакого определенного мнения не было на нашем съезде. Да и вообще я с этим вопросом знаком постольку, поскольку читал несколько брошюрок тов. Тюрякулова. Поэтому все наши решения должны быть обсуждены на предварительной проработке вопроса. Может оказаться так, что какое-нибудь полезное мероприятие применимо в условиях Азербайджана, для другой республики, в данном случае для Казакистана, это мероприятие может оказаться в данное время неприменимым или может оказаться так, что над нами будут смеяться. Может быть, лучше применить в наших условиях реформированный арабский алфавит, потому что сторонники этого алфавита говорят, что для обозначения каждого звука никаких точек не будет, будут одни только буквы и т.д. Мое конкретное предложение – на следующем заседании нашей фракции обсудить этот вопрос в более или менее детальной форме и допустить, если возможно, выступать в прениях членов нашей фракции на пленарном заседании съезда. Что касается проекта резолюции, я лично не возражаю, за исключением одного пункта относительно технического превосходства. Азербайджанцам это лучше видно, и мы им, безусловно, верим. Как выйти из этого положения, мы не знаем, напр., я не убежден ни в том, ни в другом алфавите.
КОРКМАЗОВ:^[31] Товарищи, Вам, молодым товарищам, работающим, может быть, лет десять самое большее, по пути революции для Вас, может быть, не так заметно великое революционное значение того акта, который мы обсуждаем. Для нас, товарищи, которые уже более четверти века заняты этим вопросом, для которых революция – единственная цель в жизни, сегодняшний день, когда мы, партийные товарищи, примем единодушное решение, явится историческим моментом, тем моментом, о котором мы мечтали, за который мы рады были умирать и за который мы шли в Сибирь и в тюрьмы. Я сегодня в ожидании этого величайшего момента был неприятно поражен выступлением некоторых товарищей, я не знаю, коммунист он или нет, если он коммунист, то это еще более плачевно, – из слов которых, как, например, Байтурсунова,^[32] выходит, что старый режим остался, и мулла остался, и мы пока будем цепляться за обломки старого. Мы совершаем на Востоке последний акт борьбы революционного режима со старым режимом. Речь идет только об этом. Разве о том идет речь, чтобы товарищам из Татарской республики взяться за ружье и проводить латинский алфавит? Сидя здесь и слушая всех выступавших товарищей, я понял так, что со стороны татарских товарищей, в частности тов. Ибрагимова, принципиальных возражений нет. Некоторые товарищи ссылаются на организацию, они говорили, что не везде организация успела обсудить этот вопрос. Я думаю, что если бы партийный комитет Татарской республики был бы в курсе дела, то он не вынес бы такого решения. Может быть, товарищ Хатаевич не знал постановки вопроса, не знал его цели. Я помню, в беседе с Ильичом, подходя к вопросу о духовенстве, в частности об арабской письменности, он прямо ставил вопрос о революционной целесообразности ведения борьбы и на этом фронте. В 1922 году я получил шифрованную телеграмму ЦК, где определенно спрашивали мое мнение по этому вопросу. Тогда же я ответил, что оставим этот благословенный арабский шрифт, пускай им подавятся те, кому он нравится, а что касается нас, то мы за революционный шрифт. Масса наша, вероятно, в десять раз более фанатичнее, чем в Татарской республике, даже настолько, что все, что мы делаем и делали в прошлом, для нас является как бы университетом. Но теперь, когда мы имели столько дела с этими фанатиками, провокаторами, с имамом, когда красное знамя боролось с зеленым, после всего этого выходя везде с победой, мы решили повести и с этим борьбу. Мы завоюем массу. На другой же день после получения этой шифрованной телеграммы я поместил на страницах нашей газеты статью с такой мыслью, где арабский шрифт уподобляется нашей допотопной арбе и что латинский алфавит, введенный нами, двинет нашу культуру вперед, как современный локомотив. И, конечно, нет сомнения, что, несмотря на такое благоговение к арабскому шрифту нашими фанатичными массами, мы из борьбы должны выйти с честью. Эта проблема на Ближнем Востоке ставится так, что мы, представители 30 миллионов, должны довершить ту революцию, которую русские товарищи не могли докончить, эта позиция осталась незавоеванной и мы должны ее завоевать. Мы должны это провести во что бы то ни стало, проблема должна быть разрешена.
Относительно самой резолюции. В резолюции говорится только относительно принципиального признания латинского алфавита. В части же, касающейся азербайджанцев, нужно было бы приветствовать их начинания, не только признать. Затем в резолюции недостаточно подчеркнуто величайшее революционное значение этого акта. Для того чтобы взять беспартийную массу в свои руки, мы должны и можем сговориться насчет принципиального признания первого пункта; во-вторых, мы должны приветствовать успех азербайджанцев и, в-третьих, предоставить местам возможность изучить этот вопрос и сообразно с местной действительностью проводить этот вопрос в жизнь.
Я обращаюсь к Вам с таким призывом. Вы все молодые товарищи, и если у некоторых из вас случается натяжка, то это, вероятно, под влиянием масс. Так что, разрешая этот великий вопрос, я обращаюсь к Вам с призывом, чтобы Вы единодушно, без колебаний завтра же повели беспартийную массу за собою (продолжительные аплодисменты).