SUMMARY:

В своем эссе Максим Вальдштейн анализирует причины маргинальности исследований “второго мира” (т.е. истории и современности, в первую очередь, России и Восточной Европы) в контексте мировой/западной социальной и культурной теории. Высказываются также принципиальные соображения по поводу того, как эта маргинальность может быть преодолена. Истоки теоретической “незаметности” и неконсеквентности второго мира усматриваются в традиции описания этого региона в терминах пограничности, промежуточности и синкретичности по отношению к господствовавшим до недавнего времени в теории бинарным оппозициям типа Запад–Восток или модерн–традиция. Концептуализируемая в терминах Sonderweg’a (либо как отклонение от западной нормы, либо как “природа” российской цивилизации), эта промежуточность выводила и часто продолжает выводить второй мир за рамки доминирующих теоретических конструкций. Однако осуществляемая в последние десятилетия критика эссенциализма в гуманитарных и общественных науках способна радикально изменить ситуацию. Автор показывает, каким образом рассмотренная в контексте таких разных, но в равной мере антиэссенциалистских направлений, как постколониальные исследования и современная историческая социология, пограничность второго мира предстает в качестве богатого, но пока мало использованного потенциала научного мышления в неэссенциалистских терминах – терминах, подчеркивающих гибридность и сетевой характер социальных отношений и культурных конструктов. Эссе рассматривает условия, возможности и некоторые последствия углубления диалога между исследованиями второго мира и указанными научными течениями. Особенное внимание уделяется тому, как осуществляющаяся в рамках постколониальных исследований “провинциализация Европы” может послужить ступенькой к действительной “депровинциализации второго мира”.