SUMMARY:

Хотя в течение XX в. юрта практически потеряла свое значение дома для большинства киргизов, она остается важнейшим элементом национального брендинга в современной Республике Киргизстан. В статье показывается, что сама юрта и жизнь ее производителей изменились с упадком номадизма как образа жизни в советской Киргизии. Автора также интересует возникновение постсоветского интереса к юрте как символу, использующемуся в национальной и транснациональной репрезентации, а также тенденция к романтизации юрты и центральноазиатского номадизма в целом.