SUMMARY:

Разнообразие юридических традиций в области частного права в Российской империи сосуществовало с тем, что воспринималось как центральный и общий элемент законодательства – с имперским или, как его называли, “русским” гражданским законодательством. Законодательство и обычаи, существовавшие на территориях империи до их инкорпорации в общее политическое пространство и сохранявшие свою силу после инкорпорации, в позднеимперский период были известны как “местные законы”. В статье рассматривается возникновение концепции “местных законов” в процессе взаимодействия научных трактовок гражданского законодательства и административных и практических юридических соображений. В центре внимания Мишеля Тисье дискуссии об университетском преподавании местных законов, которые в конце XIX в. вели чиновники в области образования и управления и ученые-правоведы. Имперская администрация проявляла довольно ограниченную заинтересованность в преподавании местных законов. В этом ее поддерживали правоведы, желавшие утвердить приоритет “русского” имперского права. Эти установки несколько пошатнула революция 1905 г. Тем не менее преподавание местных законов так и не вошло в массовую практику, даже несмотря на то, что практическую необходимость их знания для административной и юридической работы на окраинах империи хорошо понимали как администраторы, так и сами юристы. Автор проводит мысль, что дискуссии о статусе местных законов в юридическом образовании отражали важность конституирования юридического дискурса как дискурса имперского управления. Эти дискуссии выявляют доминировавшие среди чиновников и правоведов представления о разнообразии и единстве, уникальности и универсальности в империи.