SUMMARY:

Статья воссоздает масштабную карту мастер-нарратива украинской истории, окончательно оформившегося к началу XX в. и обычно связываемого с именем М. С. Грушевского. Авторы реконструируют генезис этой схемы, отмечая коллективный характер ее создания и выделяя несколько ее ключевых элементов: народничество и убежденность в изначальном демократизме украинских социальных институтов; культ революции как кульминации телеологического процесса нациестроения; идея фундаментального единства всех “этнографически украинских” территорий (соборність); вера в историческую миссию Украины как посредника между цивилизациями Запада и Востока. Опираясь на широкий обзор украинской историографии, авторы обращают внимание на то, что отдельные элементы этого нарратива время от времени деконструировались и критиковались украинскими историками. Однако эти частичные коррективы всегда маргинализировались и отторгались уже в силу того факта, что они не вписывались в устоявшийся, последовательный и всеобъемлющий мастер-нарратив и при этом не предлагали столь же всеобъемлющую альтернативную историю. Авторы приходят к выводу, что главной причиной удивительной устойчивости мастер-нарратива украинской истории было сохранение обстоятельств, которые обычно считаются наиболее враждебными и разрушительными для украинского национального проекта. Отказ от нациецентричной исторической парадигмы был немыслимым в ситуации незавершенного или находящегося под угрозой национального проекта. Другой причиной является глобальное доминирование национальной модели историографии. Частичные методологические новации не способны радикально изменить архетипические национальные мастер-нарративы, а существующие подходы к написанию постанциональной истории пока не получили всеобщего признания. Так что все, что пока остается историкам в деле ограничения автономной власти нарративов над их исследованиями, – это сохранение сознательного и самокритичного отношения к языку своих текстов.