SUMMARY:

В статье рассматривается отношение американского антрополога Франца Боаса к Российской империи и СССР через призму его сотрудничества с российскими и советскими антропологами, особенно с “этнотройкой” – Владимиром Иохельсоном, Владимиром Богоразом и Львом Штернбергом, работавшими под руководством Боаса в рамках Северо-Тихоокеанской экспедиции Джесупа в начале ХХ в. Вполне индифферентное отношение Боаса к Российской империи изменилось с возникновением СССР. Он рассматривал советский проект как научный эксперимент, который оценивал положительно, особенно политику коренизации. Это отношение проявилось в попытках Боаса наладить институциональное сотрудничество с советскими учеными, включая программу студенческого обмена и предложение совместных экспедиций. Несмотря на множащиеся свидетельства политических репрессий и идеологического контроля в советской науке, Боас демонстрировал позитивный взгляд на СССР. Он преуменьшал значение негативных новостей, рационализировал подавление инакомыслия и воздерживался от публичной критики советского режима, даже когда его коллеги сталкивались с преследованиями. Непоколебимая поддержка Боаса советского эксперимента коренилась в его меняющихся политических убеждениях, которые в межвоенный период эволюционировали от либерализма к социалистическим взглядам. Он противопоставлял декларируемый социальный прогресс и антирасизм СССР недостаткам западных демократий, особенно США. К концу 1930-х годов идеологические убеждения Боаса поставили под вопрос его объективность ученого-обществоведа. Лишь в последний год своей жизни, под влиянием меняющейся политической ситуации в мире на фоне Второй мировой войны, Боас начал демонстрировать более нюансированную и критическую оценку СССР.