В настоящем номере Ab Imperio продолжает публикацию материалов по проблеме осмысления империи и нации в историографии и использования истории в публичных дебатах о национальной и региональной идентичности. Понятая в этом смысле, история предстает как богатое поле для дискурсивных и мифологических построений, вторгающихся в научную и политическую жизнь Центральной и Восточной Европы. В этом регионе нет нужды в изобретательных методах западного “нового литературного историзма”, которые призваны облегчить восприятие “далекого” прошлого презентистски мыслящими современниками. История жива в памяти людей Центральной и Восточной Европы и зримо присутствует в дебатах о постсоветской идентичности, границах новой политической карты региона, проблеме политического наследия и сосуществования с соседними нациями и культурами. Исторические притязания и преподавание истории рассматриваются политическими элитами постсоветских национальных (стремящихся к построению нацие-государства, но сохраняющих полиэтнический состав населения) государств как важные факторы политической легитимации и воспитания национально-сознательных граждан.

Мы далеки от мнения, что профессиональная историческая “корпорация” может и должна контролировать использование образов прошлого в современных общественных дебатах. Мы также не считаем возможным изобретение универсального рецепта гармонического сочетания научных требований к историческому исследованию с политическими, национальными, культурными и религиозными пристрастиями историка. Тем не менее, мы выступаем за максимально независимое научное обсуждение, результаты которого не будут автоматически прочитываться как подрыв существующих международной и внутриполитических систем и которое внесет свой вклад в концептуализацию альтернатив современной политики.

В ходе развития современной дискуссии о национальной историографии в Центральной и Восточной Европе стали очевидными два недостатка. Один из них воплотился в стремлении историков к написанию “объективной” позитивистской истории, что, безусловно, является частью реакции исторической корпорации на открыто идеологизированный модус марсксистско-ленинской исторической науки. Однако возвращение к старому “ранкеанскому” идеалу и к классикам национальной и имперской историографии неизбежно ведет к воспроизводству неотрефлектированных посылок исторического анализа и “категорий практики” нацие- и империестроительства. Другой недостаток нашел свое отражение в радикальной деконструкции всех национальных историй и исторических репрезентаций как сконструированных или “воображенных”, понятых как продукт фантазии националистически мыслящих интеллектуалов. Данный постмодернистский подход имеет тенденцию игнорировать широкую распространенность и глубокую укорененность дискурсов национальной идентичности и формообразующего “Другого” в Центральной и Восточной Европе, которые в определенных условиях обладают эмансипирующим потенциалом и способны внести свой вклад в диверсификацию существующих мастер-нарративов истории. Постмодернистский нигилизм по отношению к национальной истории может привести к созданию ложной картины исключительно мирного сосуществования народов в рассматриваемом регионе, история которого, на самом деле, знала многочисленные столкновения между империями и нациями.

Подбирая материалы для данного журнального проекта, редакция стремится к срединной позиции между Сциллой позитивизма и Харибдой радикальной деконструкции национального и имперского нарратива. Мы надеемся, что отрефлексированный и контекстуальный анализ развития имперской и национальной историографий, а равно и изучение перемен в историографии постсоветского периода, расширят наше понимание процесса формирования наций и империи в прошлом и пополнят арсенал критических подходов, необходимый для изучения современных исторических нарративов. Редакция Ab Imperio приглашает заинтересованных исследователей принять участие в планируемых форумах по национальным историографиям, присылая рецензии, комментарии и делясь собственным опытом преподавания национальной, региональной и имперской истории.

В данном номере журнала мы представляем вниманию читателей материалы круглого стола по проблеме империи в исторических курсах средних школ и ВУЗов. Данный круглый стол был проведен в Омском Государственном Университете. Участниками круглого стола стали университетские преподаватели и школьные учителя, задумывающиеся над проблемами содержания исторического образования. Материалы обсуждения демонстрируют разнообразие значений, ассоциируемых с концепцией империи (истоки которых восходят к ключевым дебатам о национальной идентичности XIX века), и показывают возможные направления ревизии истории России с помощью имперской парадигмы. Характерно имплицитное противостояние в рамках круглого стола между точкой зрения “государственной школы” русской историографии, рассматривавшей имперский исторический опыт в терминах колонизации (участники упомянули имя В. О. Ключевского), и регионалистской перспективой, которая выразилась в призыве к анализу имперской истории на микроуровне, что позволяет раскрыть социо-культурное разнообразие имперского пространства.

Вторая публикация посвящена советским учебникам истории и репрезентации в них исторических героев. Обнаруженные Э. Ваха изменения в модусах репрезентации советской героики были производными от идеологических установок и политического климата в Советском Союзе. Так, автор прослеживает эволюцию репрезентации героев Великой Отечественной войны в поствоенный период, отмечая переход от русско-центричной модели, через модель супранациональную (советскую) к многонациональному героическому пантеону, в котором каждая фигура связана с соответствующей национальностью. Статья завершается рассмотрением путей влияния советских моделей и образов исторических героев на формирование постсоветской российской идентичности.