4/2003 The Limits of Marginality: Jews as “inorodtsy” in Continental Empires

Переосмысливая чужака: евреи в современной украинской мысли

Йоханан Петровский-Штерн

4/2003

Публикуется на английском.

SUMMARY:

Образование независимой Украины совпало с радикальным переосмыслением еврейской темы и опыта украинско-еврейских контактов украинской политологией. После 1991 г. еврейские сюжеты стали неотъемлемой частью украинского исторического и политико-философского нарратива. Однако процесс переоценки еврейского исторического опыта украинскими мыслителями начался задолго до развала советской империи. Этот процесс был задан двумя крупными украинскими философами – Вячеславом Липинским и Дмитро Донцовым. Липинскому Украина представлялась полиэтнической монархией, опиравшейся на патриотизм проживающих в Украине этносов и национальных групп (т. н. “территориальное самосознание”). Украина Донцова была тоталитарным, этнически гомогенным образованием. Рецепция еврейской темы украинскими мыслителями, политическими деятелями, журналистами, учеными и диссидентами напрямую зависела от выбранной ими “липинской” или “донцовской” мыслительной парадигмы. В 1930-х – 1950-х гг., под прямым воздействием “донцовской” парадигмы, украинская политическая мысль (прежде всего – в диаспоре) создала украинский историко-философский нарратив, из которого еврейская тема была полностью исключена – либо включена с негативным знаком. В 1960-х – 1980-х гг., благодаря возрождению “липинской” парадигмы, ряд крупнейших украинских историков диаспоры, а также украинских диссидентов в ГУЛАГе попытались инкорпорировать еврейскую национальную (прежде всего – израильскую) тему в украинский социокультурный и политико-философский нарратив. “Диаспоризация” украинской культурной жизни после 1991 г. привела к легализации как “донцовского”, крайне правого и преимущественно антисемитского дискурса, так и к официализации “липинского” филосемитского нарратива.

Доступ

Оформите подписку, чтобы получить полный доступ к текстам

Оформить подписку

Read in English

Сноски

1.These attempts were dubbed in Ukrainian journalism “ukraiins’ko-zhydivs’ke porozuminnia.” The last word is very difficult to translate. It could be conveyed as Ukrainian-Jewish “coming to common terms with one another,” “rapprochement,” “mutual understanding,” and even “self-cognition.” Mention should be made of the linguistic overtones of the word “zhydivs’ke” that appears throughout Ukrainian writings on the Jewish issues, as well as in the footnotes to this paper. Most proponents of the Ukrainian-Jewish encounter were of western Ukrainian origin. They used a western Ukrainian dialect in which the word “zhyd” (literally, the Russian word for “yid”) does not have any pejorative connotations. See, for example, how a leading western Ukrainian writer residing in Diaspora explains the offensive connotations of the word “yavrei” and neutral “zhyd” in: Ivan Bahrianyi. Publitsistyka: dopovidi, statti, pamflety, refleksii, esse. Kyiv, 1995. P. 283. For an analysis of these two concepts defining Jews in both the Ukrainian and Russian linguistic mentality, see the somewhat biased yet indispensable publication: Zynovii Knysh. “Yevrei” chy “zhydy” [“Jews” or “Yids”]. Toronto, 1984; for the discussion of the terms “zhyd” and “ievrei” in the context of the identity shift from Ruthenians to Ukrainians, see chapter xxiv of the book: Yevhen Nakonechnyi. Ukradene imia: Chomu rusyny staly ukraintsiamy. 3rd ed. Lviv, 2001, available on the web: http://www.lsl.lviv.ua/e-library/lsl-editions/Nakonechnyj_J_Ukradene_Imja_2001 (accessed October 22, 2003).↩

Примечания

[1]These attempts were dubbed in Ukrainian journalism “ukraiins’ko-zhydivs’ke porozuminnia.” The last word is very difficult to translate. It could be conveyed as Ukrainian-Jewish “coming to common terms with one another,” “rapprochement,” “mutual understanding,” and even “self-cognition.” Mention should be made of the linguistic overtones of the word “zhydivs’ke” that appears throughout Ukrainian writings on the Jewish issues, as well as in the footnotes to this paper. Most proponents of the Ukrainian-Jewish encounter were of western Ukrainian origin. They used a western Ukrainian dialect in which the word “zhyd” (literally, the Russian word for “yid”) does not have any pejorative connotations. See, for example, how a leading western Ukrainian writer residing in Diaspora explains the offensive connotations of the word “yavrei” and neutral “zhyd” in: Ivan Bahrianyi. Publitsistyka: dopovidi, statti, pamflety, refleksii, esse. Kyiv, 1995. P. 283. For an analysis of these two concepts defining Jews in both the Ukrainian and Russian linguistic mentality, see the somewhat biased yet indispensable publication: Zynovii Knysh. “Yevrei” chy “zhydy” [“Jews” or “Yids”]. Toronto, 1984; for the discussion of the terms “zhyd” and “ievrei” in the context of the identity shift from Ruthenians to Ukrainians, see chapter xxiv of the book: Yevhen Nakonechnyi. Ukradene imia: Chomu rusyny staly ukraintsiamy. 3rd ed. Lviv, 2001, available on the web: http://www.lsl.lviv.ua/e-library/lsl-editions/Nakonechnyj_J_Ukradene_Imja_2001 (accessed October 22, 2003).

[2]Perhaps the only scholarly and pioneering research was conducted by Israel Kleiner. See his: The Jewish Question and Ukrainian-Jewish Relations in Ukrainian Samizdat // Peter Potichnyj, Howard Aster (Eds.). Ukrainian-Jewish Relations in Historical Perspective. Edmonton, 1988. Pp. 421–436; on modern Jewish perception of Ukrainians and Jewish Ukrainophobia, see Zvi Gitelman. Perceptions of Ukrainians by Soviet Jewish Emigrants // Soviet Jewish Affairs. 1987. Vol. 3. Pp. 3–18 and Sviatoslav Karavans’kyi. Shtrykhy do psykholohichnoho portretu ukraintsia u publitsystytsi vil’noho svitu // Vyzvol’nyi shliakh. 1991. Vol. 9. Pp. 1035–1044; for journalistic treatment of the subject, see Mykhailo Frenkin. Do pytannia ukrains’ko-evreis’kykh vzaiemyn // Suchasnist. 1985. No. 11 (295). Pp. 77–87; Anon. Evreis’ke pytannia v svitli ukrains’koi politychnoi opinii // ibid. 1988. No. 2(322). Pp. 100–107; Izrail Kleiner. Krytychnyi moment - tse zavzhdy vyprobyvannia // Ibid. 1985. No. 11 (295). Pp. 69-76; Izrail Kleiner. Rosiis’ko-ukrains’ko-evreis’kyi trykutnyk v SRSR i …v Izraili // Ibid. 1984. No. 4 (276). Pp. 80–91; Stefan Iu. Protsiuk. Pro deiaku evoliutsiiu ievreis’ko-rosiis’kykh i ievreis’ko-ukrains’kykh stosunkiv // Ibid. 1963. No. 11 (35). Pp. 69–85; Iakiv Suslens’kyi. Pro ievreis’ko-ukrains’ky vzaiemyny v taborakh i tiurmakh dlia politychnykh v’iazniv SRSR // 1979. No. 1 (217). Pp. 84-103.

Ab Imperio

Ab Imperio

Переосмысливая чужака: евреи в современной украинской мысли

Примечания